Фон:
Текст:
43711
19

EJ News
22 февраля 2018 в 11:29
43711
19

Владимир Кривошеев и его транс- атлантический переход под командой Жака-Ива Кусто

Дня не проходит без того, чтобы я хотя бы на миг не ощутил себя в рубке или на палубе «Алкионы» посреди океана, с которым, похоже, я нашёл общий язык — научился разговорить с ним.

Впереди Нью-Йорк, позади 4 тысячи миль через Атлантику
Впереди Нью-Йорк, позади 4 тысячи миль через Атлантику

Владимир Кривошеев участвовал в испытательном трансатлантическом переходе экспериментального судна «Алкиона», первое плавание которого, начавшееся 13 мая 1985 года, открыло эру турбопарусного флота.

Владимир, расскажите о себе: откуда вы, сколько вам лет, чем занимаетесь?

Я появился на свет в самом начале второй половины прошлого века в Узбекистане, где мой отец служил в воздушной армии после второй мировой войн. Сейчас мне 66.

Детские и юношеские годы прошли в Ташкенте. После ухода отца в отставку семья вернулась на Родину — в Московию.

Начал свою трудовую биографию на московском заводе «Радиоприбор» в редакции заводской газеты «Ленинское знамя», которую со временем стал самостоятельно насыщать материалами (кое-какой опыт уже был: в старших классах я писал заметки в газету «Комсомолец Узбекистана») и готовил номер к печати — макетировал, верстал, отвозил в типографию, правил — весь цикл. Таким образом, я освоил азы газетного дела ещё до получения соответствующего образования в 18 лет.

Потом — армия. Был радистом. Отслужив, поступил на Журфак МГУ, где учился в международной радиогруппе под номером 13. Это число принесло мне удачу в учебе и в профессии. Получил красный диплом. А по окончании факультета работал во французской редакции престижного Международного Московского радио (Иновещание) — сначала редактором, затем специальным корреспондентом. Заметьте, эта «радиоцепочка» в биографии важна для понимания того, что моё попадание в экспедицию Кусто было закономерным. Сейчас я фрилансер в журналистике и пиаре, участвую также в организации выставок.

Кроме того, пишу одновременно несколько книг сложного жанра, который ещё надо будет определить, и готовлю к изданию свой второй стихотворный сборник с рабочим названием «Преображение».

Как вам посчастливилось попасть на «Алкиону»?

Судьба привела… Кусто понадобился советский радиожурналист для освещения испытательного перехода «Алкионы». Запланировав на май 1985 года первое плавание своего инновационного турбопарусного судна через Атлантику, Жак-Ив Кусто решил собрать на его палубе международный экипаж, включающий журналистов.

Капитан обратился к руководству Гостелерадио СССР с предложением откомандировать для участия в экспедиции одного из советских радиожурналистов, владеющих французским языком. Он просил именно радиожурналиста. Выбор пал на меня. Молод, но уже опытен — в символическом возрасте — 33 года. Приличный французский. Профессиональные качества соответствуют международным стандартам. Редактор и ведущий «Радиогазеты советско-французской дружбы». Спортивен и хорош собой. Поплыли!

Что вы почувствовали, когда узнали, что вас взяли в команду известного Капитана Кусто? Какие мысли были в голове?

Перед дебютной самостоятельной вахтой в рубке Акилоны
Перед дебютной самостоятельной вахтой в рубке Акилоны

Я почувствовал себя избранником судьбы на пороге фантастического приключения, о котором мечтал ещё в нежные годы — мальчишкой, воображая плавания по морям и океаном и ведя бортовой журнал о вымышленных морских походах в тетрадке в линеечку. Мечтайте, мальчики! Рано или поздно мечты сбываются. И порой действительность превосходит все самые смелые замыслы и ожидания! Так случилось и со мной.

Что до ощущений после известия о потрясающей командировке — то, пожалуй, меня охватило крайнее воодушевление… Это была самая первая эмоция.

А вслед за ней пришло осознание того, что я отправляюсь не просто в дальний путь по волнам, а в экипаже под командой самого Кусто, в экспедицию на инновационном корабле, заглядывающим в XXI век.

И всё же в реальность произошедшего я поверил значительно позже, а может, и до сих пор не верю…

Вы как-то готовились к предстоящей командировке и встрече с Кусто?

Разумеется. Узнав о столь ответственной миссии, я принялся восполнять пробелы в знаниях о легендарном капитане и его делах, а также о всём, что связано с морем, мореплаванием и кораблестроением. Интернета тогда не было. Задача передо мной стояла более сложная, чем была бы нынче. Но на Гостелерадио существовала хорошая справочно-информационная служба, которая помогла мне всем, чем могла. Словом, подготовка носила информационный характер. На другое времени не хватало — я был всё время в командировочных разъездах.

А накануне отлёта во Францию вёл репортаж с Красной площади на французском языке о параде по случаю 40-летия Победы. Во время репортажа я проинтервьюировал присутствовавших на Красной площади летчиков прославленного полка «Нормандия-Неман», в том числе Героя Советского Союза Жака Андрэ. Так что, рассказав о советско-французской боевой дружбе в небе, я отправился укреплять дружеские отношения между нашими странами на море. Этот репортаж с участием французских ветеранов тоже можно отнести к подготовке — эстафета поколений и настрой на дружеский лад.

Расскажите о первой встрече с Жаком-Ивом Кусто. Как это случилось и какие впечатления осталось об этом событии?

Излюбленный кэжуал-стиль Кусто
Излюбленный кэжуал-стиль Кусто

С легендарным капитаном я впервые встретился в Фонде Кусто в Париже на авеню Ваграм, 25, недалеко от Триумфальной арки, куда прибыл 10 мая 1985 года из аэропорта Шарля де Голя. Не без волнения переступив порог штаб-квартиры Кусто, где царила атмосфера больших проводов, я поначалу не признал самого капитана, неожиданно появившегося в одной из дверей.

По-юношески тонкий, в тёмно-синей облегающей паре сюртучного покроя и в водолазке (это его кэжуал-стиль), он как бы шагнул с иллюстрации к приключенческому роману эпохи романтизма. Не хватало разве что шпаги или кортика на боку.

После некоторого замешательства я представился и лишь мгновением позже осознал, что передо мной Жак-Ив Кусто собственной персоной.

Кусто, будто мы не первый год знакомы, задорно улыбнулся: мол, видишь какая суматоха! И, энергично поприветствовав, вернулся к делам, словно приглашая разделить общие заботы и настроение.

За обедом в небольшом ресторане на соседней с авеню Ваграм улице с названием Звезда капитан вкратце рассказал мне о задачах и маршруте предстоящей экспедиции, назвал имена её участников, даже составил на салфетке подробный список: кто есть кто; кто, где и когда должен вступить на палубу «Алкионы» и покинуть её.

Пройти по всему маршруту атлантического перехода предстояло только восьмерым членам экспедиции, в том числе американскому научному журналисту Ричарду Морфи и мне, корреспонденту Московского радио. Во время стоянки на Азорских островах к нам присоединится ещё один американец — радиожурналист из Атланты Лэн Кинг. Таким образом, под флагом «Алкионы» собирался интернациональный экипаж. Идея Кусто была ясна и симпатична. Небольшое дружное международное сообщество на борту совсем нового, заглядывающего в будущее, судна… Символ добрых надежд на человеческое согласие и взаимодействие ради сбережения и преображение мира.

Что из себя представляет турбопарусник «Алкиона». В чём его инновационность. Почему судно так названо?

Торжественный проход Акилоны по Верхней бухте Нью-Йорка
Торжественный проход Акилоны по Верхней бухте Нью-Йорка

Начну с имени. Алкиона — дочь Бога ветров Эола, в переводе с греческого зимородок. Её имя указывает на то, что судно передвигается с помощью ветра. Но два его паруса ничуть не похожи на классические ветрила из ткани.

Это овальные десятиметровые цилиндры, напоминающие стройные башни или трубы. Они называются турбопарусами и, несмотря на разительное отличие от тканевого прототипа, действуют по тому же принципу, что и обычные паруса.

То есть сила тяги в обоих случаях возникает за счёт разницы давления на противоположных плоскостях и того и другого движителя.

Принципиальное же отличие между ними состоит в том, что в случае тканевого паруса разница давления возникает естественным образом, когда воздушный поток наполняет парус с наветренной стороны, не попадая на подветренную сторону, а в случае небольшого по площади цилиндрического турбопаруса разница давления создаётся принудительно.

Каким образом? Даже овальный цилиндр, не говоря о круглом, не может обеспечить разницу давления между своими противоположными плоскостями, потому что воздействующий на него воздушный поток будет обтекать цилиндр, не оказывая достаточного давления на наветренную сторону и создавая на подветренной стороне турбулентные завихрения, превращающиеся в противодействующую силу. Ноль движения.

Чтобы предотвратить турбулентные завихрения и создать тягу, на противоположных плоскостях турбопаруса по всей высоте вмонтированы две воздухозаборные решётки-стенки.

Фрагмент турбопаруса с воздухозаборной решеткой
Фрагмент турбопаруса с воздухозаборной решеткой

Через них в полость цилиндра всасывается воздух с помощью обычного (бытового по мощности!) вентилятора, установленного внутри турбопаруса — в верхней его части.

Эта незамысловатая конструкция и позволяет создавать силу тяги паруса при использовании непригодного для ловли ветра овального профиля. Будучи, скажем, в четыре раза меньше по площади классического прототипа, турбопарус обеспечивает сопоставимую скорость движения до 14 узлов или 25 километров в час.

Всё просто гениальное — просто! Этот «трюк» и лёг в основу крыльев-парусов дочери Эола «Алкионы».

Итак, попутный ветер! Хотя вполне годится боковой и встречно-боковой, даже под очень острым углом. Турбопарус автоматически поворачивается на своём пьедестале под оптимальным углом к ветру.

Следом в дело вступает закрылок, который выполняет ещё и функцию заслонки. Он перекрывает одну из решётчатых стенок (невостребованный в данный момент воздухозаборник) и параллельно увеличивает собой площадь и улучшает профиль турбопаруса.

Другая стенка-«лёгкое», оставшаяся открытой, вдыхает обтекающий её воздушный поток, предотвращая появление турбулентных завихрений. В результате создаётся необходимая разница давления на противоположных плоскостях нового ветрила.

Схема работы турбопаруса
Схема работы турбопаруса

В сходных условиях обычный парус наполняется ветром и увлекает за собой корабль. «Алкиона» тоже приходит в движение с помощью турбопарусов. Меняет галсы, как обычный парусник. Скорость растёт. 10-12-14 узлов (1 узел = 1 морская миля в час = 1, 852 км/час)! И это на бытовом по мощности вентиляторе! Согласитесь, неплохо!..

Ясно, что турбопарус — вещь полезная. Работая как вспомогательный движитель, он прилично сберегает энергию дизельного двигателя.

По прикидкам специалистов, с его помощью можно сберечь до 40% топлива в год, а в отдельные периоды и до 60%. Турбопарус не займёт много места на палубах больших судов. Новое ветрило полностью автоматизировано. Ему не нужна многочисленная команда. Достаточно одного оператора, да и того успешно заменяет робот.

Электроника с автоматикой поставят и сориентируют турбопарус в считанные секунды. Наконец, турбопарус экологичен: экономя топливо, он способствует уменьшению загрязнения окружающей среды прямо пропорционально экономии топлива.

Компактность, простота в управлении и, главное, существенный экономический и экологический эффект говорят в пользу оригинального движителя.

Первый действующий турбопарус
Первый действующий турбопарус

Оснащённая помимо двух дизелей двумя турбопарусами, «Алкиона» создавалась как судно экспериментальное, предназначенное для испытания новинки и популяризации идеи.

Однако уже в ходе первого длительного плавания Жак-Ив Кусто высоко оценил личные качества и самостоятельное значение «Алкионы»: «Надёжна, отменно приспособлена к продолжительному пребыванию в открытом море — удобная рабочая площадка в океане». И очень привлекательна в своей оригинальности, добавит сторонний наблюдатель. Неизменно приковывает к себе взгляды во всех портах своей статью, стильностью и оригинальностью.

На всех парусах в компании с Калипсо. Алкилона в Бермудском треугольнике
На всех парусах в компании с Калипсо. Алкилона в Бермудском треугольнике

Уточню, что турбопарус «Алкионы» создали общими усилиями профессор Парижского университета Пьера и Марии Кюри Люсьен Малавар (автор идеи), инженер-аэродинамик Бертран Шарье и Жак-Ив Кусто. Патент принадлежит всем трём этим лицам.

Расскажите о вашем дне отплытии на «Алкионе», чувствовалась торжественность? Было ли ощущение предвкушения новых открытий?

Трансатлантический переход «Алкионы» стартовал в старинном французском порту Ла-Рошель, упоминаемом в романе Александра Дюма «Три мушкетёра». Проводы были назначены на 13 мая, понедельник. Несмотря на такое сочетание, этот день стал для меня счастливым вдвойне. С той поры я жду от понедельников под грифом «13» удачи. И, знаете ли, ожидания порой оправдываются.

Команда Акилоны и изобретатель турбопаруса Люсьен Малавар перед открытием
Команда Акилоны и изобретатель турбопаруса Люсьен Малавар перед открытием

Перед отплытием экипаж облачился в парадную форму — белые комбинезоны с гербом «Алкионы» на левом нагрудном кармане. Наши сердца согревала парящая над волнами крылатая обнажённая женщина. Мы чувствовали себя героями и дарили провожающим улыбки и воздушные поцелуи.

Проводы были без оркестров и речей. Особых торжеств не планировалось — пресс-конференция и лёгкий фуршет. Но праздничное настроение присутствовало, хотя мне его портило одно досадное обстоятельство. Я никак не мог связаться с Москвой с борта «Алкионы». В ту эпоху были определённые трудности со связью в СССР и с СССР.

В центре академик Маловар и капитан Кусто. Радом с Кусто корреспондент Московского радио Владимир Кривошеев
В центре академик Маловар и капитан Кусто. Радом с Кусто корреспондент Московского радио Владимир Кривошеев

Два дня, пока судно стояло в порту, мои попытки были заведомо бесполезными: ретранслятор системы Инмарсат в Одессе в субботу-воскресенье не работал в те годы по причине законных выходных дней. Потому-то и не удавалось связаться с Москвой. Вот так. Но я был в неведении и — очень нервничал, боясь остаться вовсе без эфиров… Для радиожурналистики это нонсенс, для радиожурналиста — провал.

Слава Богу, вскоре после отплытия, в понедельник, контакт был установлен, потому что ретранслятор приступил к работе в будничном режиме, и впоследствии связь была бесперебойной — операторы во время перехода «Алкионы» даже установили дежурство в выходные дни по собственному почину в знак уважения к экспедиции Кусто. Теперь вы понимаете, почему день отплытия был для меня радостным вдвойне.

Радист Ги Жаус и радиожурналист Владимир Кривошеев пытаются установить связь с Одессой
Радист Ги Жаус и радиожурналист Владимир Кривошеев пытаются установить связь с Одессой

Кто еще был с вами на борту во время вашего путешествия на «Алкионе»?

Для популяризации изобретения в мире и улучшения международного климата капитан планеты Кусто собрал на палубе «Алкионы» международный экипаж, в состав которого, помимо французов, вошли два американца: гидробиолог и научный публицист, доктор Ричард (Дик) Морфи, его соотечественник Лэн Кинг, корреспондент радио «Атланта», представитель СССР, ваш покорный слуга — радиожурналист Владимир Кривошеев.

Коллективный портрет экипажа - Двенадцать улыбок. Фоторабота Кусто, сделанная в первые дни плавания
Коллективный портрет экипажа - Двенадцать улыбок. Фоторабота Кусто, сделанная в первые дни плавания

Основу команды составляли французы: капитан Бернар Деги, механик Жозеф Гийу, инженер-аэродинамик Бертран Шарье, радист Ги Жаус, инженер-электрик Мишель Требоз, кинооператор Луи Презлен, информатик Дени Шальве, ныряльщик и кок Бертран Сион.

Сам Жак Ив-Кусто возглавлял экспедицию, а в роли заместителя выступал его старший сын Жан-Мишель. На первом этапе плавания на борту «Алкионы» находился экипаж из 12 человек, радиожурналист из США Лен Кинг присоединился к нам на Азорских островах.

В кают-компании Акилоны. Кусто всегда начинает трапезу с сообщения для всех персональных распоряжений
В кают-компании Акилоны. Кусто всегда начинает трапезу с сообщения для всех персональных распоряжений

По какому маршруту предстояло пройти «Алкионе» и какую цель преследовал Кусто и его команда при переходе?

«Алкионе» предстояло пройти четыре с половиной тысячи миль (около 8 тысяч километров) по маршруту Ла-Рошель — Азорские острова — Бермудские острова с заходом в Бермудский треугольник — и финиш в Нью-Йорке.

Первому экипажу первого турбопарусника посчастливилось плотно пообщаться и поработать с Кусто, посетить сказочные Азоры и Бермуды, соприкоснуться с Атлантидой, искупаться в Гольфстриме, дрейфовать в Саргассовом море, заглянуть в Бермудский треугольник… и, в итоге, благополучно добраться до причалов Манхэттена.

Акилона прошла первые кабельтовы. На завалинке - Владимир Кривошеев, Жан-Мишель и Жак-Ив Кусто
Акилона прошла первые кабельтовы. На завалинке - Владимир Кривошеев, Жан-Мишель и Жак-Ив Кусто

Уникальная экспедиция на борту экспериментального судна была предпринята для испытания эффективности принципиально новых ветрил, отработки смешанной тяги при одновременной работе турбопаруса и дизельного двигателя и для проверки мореходных качеств оснащённой турбопарусами яхты «Алкиона».

Испытания прошли успешно. Была доказана эффективность турбопаруса и как самостоятельного, и как вспомогательного движителя. Экономия топлива достигала 60%, скорость превышала 14 узлов — 25 километров в час. Особенно удачными эксперименты были в Бермудском треугольнике…

Девятибалльный шторм в районе Азор стал для Акилоны и ее команды экзаменом на прочность. 10 баллов!
Девятибалльный шторм в районе Азор стал для Акилоны и ее команды экзаменом на прочность. 10 баллов!

Как обычно проходил ваш день на «Алкионе», чем занимались вы и остальная команда?

Большинство членов экспедиции помимо своих сугубо профессиональных обязанностей выполняли обычную повседневную работу на судне — занимались уборкой помещений, стояли на вахте, драили палубу, а также помогали во время съёмок фильмов, выступая в роли ассистентов и играя свои собственные роли. То есть дни были насыщены самыми разнообразными делами.

Мой день складывался так. Зарядка на палубе. Завтрак. Далее — действия по графику дежурств: либо уборка, либо вахта в рубке. В свободное от матросских обязанностей время — подготовка передач, записи интервью с Кусто и членами экипажа, связь с Москвой для пересылки готовых материалов или для прямых эфиров. Кроме того, я регулярно участвовал в дискуссиях и беседах «за круглым столом» на актуальные темы, которые постоянно организовывал Кусто. И, наконец, весь день — фотосъёмки при всяком удобном случае и достойном поводе. Фотохроника получилась довольно подробная и интересная.

Прославленный капитан объясняет Владимиру Кривошееву, как управлять турбопарусами
Прославленный капитан объясняет Владимиру Кривошееву, как управлять турбопарусами

Полностью от дежурств были освобождены только механик Жозеф Гийу, который был и денно и нощно привязан к машине, и кинооператор Луи Презлен, которому надлежало всегда быть готовым к съёмкам и держать наготове аппаратуру.

Кусто и капитан гальюны, конечно, не чистили, но на вахте на руле стояли больше других. Кроме того, Кусто постоянно экспериментировал с турбопарусами.

Наверняка, впечатлений у вас было много. Какие самые яркие воспоминания помимо общения с Капитаном остались о вашем путешествии?

Яркий след в моей памяти оставили острова, которые мы посетили, и морские животные, которые нам повстречались в океане.

Кальдейра-Даш-сете-Сидадеш - гигантский кратер - кальдера - потухшего вулкана с сообщающимися озерами на дне
Кальдейра-Даш-сете-Сидадеш - гигантский кратер - кальдера - потухшего вулкана с сообщающимися озерами на дне

Первая стоянка — Азорские острова — удивительный архипелаг с первозданной природой и патриархальным сельским хозяйством, где земля обрабатывается дедовскими способами и ручными орудиями при завидной урожайности. Удобрения органические. В сельской местности в чести гужевой транспорт. В результате — экологическое благополучие и чистые натуральные продукты. Здоровый образ жизни на лоне идиллической природы. Ландшафт и фауна Азор поражают девственной красотой.

Архипелаг круглый год зелен и красочен — в цвету. Азоры — это потухшие вулканы. Их склоны, удобренные пеплом, превратились в тучные пастбища. Гигантские кратеры потухших вулканов образовали глубокие котловины — кальдеры — с озерами на дне, по берегам которых выросли живописные селения скотоводов.

Сынишка одного из туристов, полюбовавшись с кромки кальдеры на открывающуюся панораму, вопросил: Пап, это здесь живёт Бог? Легенда новых дней. Но главная легенда Азорских островов — Атлантида. Даже не легенда, а гипотеза о том, что Азоры — обломки легендарной земли атлантов, погибшей 12 тысяч лет назад в результате мощного катаклизма. Побывав на месте, я склоняюсь к мысли, что это так. В будущем доказательства тому будут найдены.

Азорский пейзаж всегда весенний
Азорский пейзаж всегда весенний

Следующая стоянка — Бермудский архипелаг — 333 коралловых острова — тоже экологический рай, но с современной туриндустрией, профильными производствами, передовым сельским хозяйством и мощной антропогенной нагрузкой — нескончаемый поток туристов круглый год из Америки и Британии, США и Англии. Гармония с природой обеспечивается мудрым законом и разумным его исполнением.

Благодаря этому Бермуды сохраняют чистоту и свежесть ландшафтов и прибрежных вод, как в первые годы колонизации. Лазурные воды, зеленые холмы, кружевная береговая линия с розоватыми песчаными пляжами, прозрачный чистый воздух, сады, плантации в едином городском ансамбле с приземистыми разноцветными домами под белыми крышами.

Старая столица Сент-Джордж
Старая столица Сент-Джордж

Сельской местности и деревень на Бермудах нет — города соединяются друг с другом парками, садами, пригородами, мостами через голубые проливы. Сказка. Одна беда: коралловые острова рано или поздно исчезнут — океан смоет их со временем… И они превратятся в банку — отмель. Жаль. Но это будет не скоро. А, может, здесь возникнет океаническая Венеция…

Из животных остановлюсь на поразивших меня китах и дельфинах, объединив их в одном сюжете. Мы несколько раз встречали и тех, и других и наблюдали в непосредственной близости.

Алкиона — тридцатиметровая яхта, у нее невысокие борта, а корма и вовсе рядом с водой. Однажды, недалеко от Азор оказавшись в стаде китов, мы рассмотрели морских исполинов как следует — чуть ли не с расстояния вытянутой руки. Наблюдать этих эпических животных в такой близи — сенсационно даже для бывалых моряков. Живой монументализм!

На подходе к Азорским островам Акилона повстречалась со стадом серых китов. Вот так выглядит морской исполин
На подходе к Азорским островам Акилона повстречалась со стадом серых китов. Вот так выглядит морской исполин

Огромные блестящие тёмно-серые с зеленцой и бледно-бурыми пятнами тела вдребезги разбивают зеркало вод. Облепленные паразитами и водорослями, они кажутся всплывшими на поверхность глыбистыми обломками подводных скал или поднявшимися из морских глубин остовами затонувших кораблей. Кстати, наблюдая за китами, я поймал себя на мысли-ощущении, что в документальных фильмах и на фото киты выглядят более реально, чем вживую. Наяву, рядом — это нечто сверхъестественное. Если бы не грустные, слегка настороженные умные глаза, то одушевлённость многотонных громад не представлялась бы очевидной…

Что до дельфинов, они сами нередко настигали нас, разглядывали наше необычное судно и заодно демонстрировали себя, кружа вокруг «Алкионы». Как-то на подходе к Бермудам к нам приблизилась группа черно-белых дельфинов. Около пятнадцати минут двухметровые элегантные красавцы во фраках сопровождали «Алкиону» кордебалетом. На большой скорости они высоко выпрыгивали из воды, зависали в воздухе и с явным любопытством заглядывали через борт на палубу. Меня поразили их глаза — умные и весёлые. Казалось, вот-вот кто-то из них бросит реплику, выпалит шутку, рассмеётся в конце концов. Но фрачные джентльмены лишь молча улыбались.

Дельфин-белобочка демонстрирует впечатляющие скоростные качества
Дельфин-белобочка демонстрирует впечатляющие скоростные качества

Познакомившись с необычным кораблём, а заодно попозировав перед объективами, приятная компания откланялась, обогнала «Алкиону» и скрылась за горизонтом. Это были дельфины-белобочки, самые скоростные среди своих собратьев — до 70 км в час — 38 узлов — вдвое, втрое резвее многих судов.

Спустя некоторое время нам выпал уникальный шанс наблюдать китов и дельфинов в одной компании (кстати, они родственники — относятся к семейству китообразных, и потому их взаимное тяготение естественно). Это было в Бермудском треугольнике, где с нами не произошло ничего ужасного, но, напротив, случилось нечто ужасно интересное.

Дело было во время шторма. Сначала среди вспененных валов появились киты — огромное стадо. Казалось, что исполины заполнили всё необозримое пространство. Даже на горизонте были различимы тонкие струи фонтанов. А ближе — настоящая водная феерия. То тут, то там вокруг «Алкионы» вскипала и разверзалась вода — возникали могучие блестящие тела, подминали под себя волны, фонтанировали и вновь исчезали, оставляя на поверхности впечатляющие водовороты. Некоторые киты были длиной с «Алкиону». Синие полосатики.

Дельфины эскортируют китов в водах Бермудского треугольника.
Дельфины эскортируют китов в водах Бермудского треугольника.

Наблюдая за китами, мы заметили, что к ним присоединились дельфины — тоже стадо. Примерно две сотни. Дельфины неотступно следовали за собратьями по отряду китообразных и, не поверите, затеяли с ними игрища. Кружили вокруг великанов, перепрыгивали через их спины, тыкались в бока. Словом, пытались растормошить увальней, подзадорить, вовлечь в забаву. Но делали это деликатно, выказывая гигантам всяческое уважение и приязнь. В свою очередь, киты принимали заигрывания дельфинов благосклонно, как детские шалости, предупредительно уворачиваясь от слишком неосторожных наскоков, чтобы не поранить «малышей». От этих игрищ вся вода была в белых бурунах и в пенных водоворотах. Вообразите! Водная феерия. Зрелище на всю жизнь!

Во время перехода не было мыслей бросить свою работу и стать, например, океанологом, как Кусто?

Нет, таких мыслей не появлялось. У меня была интересная престижная любимая работа. Иновещание считалась фирмой и кузницей журналистских кадров. К тому же по работе я всё время путешествовал и осваивал начатки многих профессий, как всякий активный журналист — корреспондент, репортёр, хроникёр. Но продлить общение с Кусто и время от времени возвращаться на «Алкиону» мне хотелось бы. И Кусто перед прибытием в Нью-Йорк предложил мне ещё несколько недель пробыть на борту — пройтись вдоль побережья США до Норфолка, где он создавал грандиозный аквапарк.

Короткое совещание перед очередным испытанием турбопарусов в районе Бермуд
Короткое совещание перед очередным испытанием турбопарусов в районе Бермуд

В первый момент я согласился, но потом понял, что мой поступок превратно истолкуют в Москве. В те времена это было бы расценено как попытка невозвращения, даже несмотря на то, что продление командировки было инициативой самого Кусто и предполагало его ходатайство перед моим начальством. Однако надо знать порядки, царившие в нашей стране в советский период. Дело бы было представлено так, что я сам бессовестно напросился на продолжение плавания и тем нарушил производственную, финансовую дисциплину и уронил честь советского человека. В итоге я вежливо отклонил предложение Кусто. По-моему, он обиделся. Другого случая не представилось.

Сейчас бы или даже через год, другой после описываемых событий я остался с Кусто так долго, как бы он пожелал, только в качестве журналиста с дополнительными функциями члена экипажа, хотя, думаю, меня бы увлекла гидробиология. Но для этого надо было плавать. Не случилось. Так что доныне остаюсь журналистом.

Большинство знают Жака-Ива Кусто как известного океанолога и ученого. А какой он человек, на ваш взгляд?

Знаете ли, у Кусто есть прозвище — ЖИК — так зовут Жака-Ива Кусто в ближайшем окружении. Это прозвище само собой сложилось из его инициалов — и утвердилось за ним с давних пор. Среди своих оно часто употребляется в разговоре о нём, в третьем лице. Коротко и демократично, с заочной фамильярностью уважения и симпатии. Похоже, Жику по душе энергичное обиходное прозвание. И, надо признать, оно идёт ему — передаёт многие его черты: решительность, чёткость, лёгкость, целеустремлённость, живость.

Праздник Первой тысячи миль. Кусто поднимает бокал за пройденный путь и успех дальнейшего плавания
Праздник Первой тысячи миль. Кусто поднимает бокал за пройденный путь и успех дальнейшего плавания

Жик часто и охотно улыбается, любит шутку, иронию, поминутно острит. При случае готов посмеяться и над собой. Оживлённая дискуссия, аврал неизменно дарят ему хорошее настроение. Кусто умеет и любит организовывать неожиданные праздники в будни для поднятия общего тонуса. Хмурится Жик редко — только тогда, когда наталкивается на лицемерие и безразличие к его заботам о чистоте и порядке в нашем планетарном доме…

Но для меня главное в Жике его наставнический талант. Он Наставник с большой буквы. Причем наставничество его не в первую очередь касается неких профессиональных навыков, хотя и это тоже присутствует. Но куда как важнее умение Кусто учить людей правильному поведению в сложных житейских ситуациях, достойному стилю общения и действий. Его наставления не носят дидактического характера.

За "круглым столом" американский журналист Лэн Кинг, капитан Кусто, Владимир Кривошеев
За "круглым столом" американский журналист Лэн Кинг, капитан Кусто, Владимир Кривошеев

Он наставляет своим примером: своим умением безупречно держаться в любой ситуации, стойко и умело противостоять трудностям, выбирать оптимальные направления в делах и во взаимоотношениях с людьми, быть настойчивым и деликатным одновременно при достижении цели. Теперь, оказываясь в сложных положениях, я задаю себе вопрос, а как бы поступил в аналогичных обстоятельствах Кусто, и, верите ли, он подсказывает мне наиболее оптимальный образ действий.

Подытожу: Кусто как человек относится к той редкой породе людей, которые единожды войдя в вашу жизнь, никогда уже не уходят из неё, оставаясь для вас добрыми, мудрыми наставниками и надёжными спутниками. Кусто именно таков.

Я знаю, что вы брали интервью у Кусто. Какие самые важные, на ваш взгляд, вопросы вы ему задали?

Я много беседовал с Кусто на самые разные темы. И для меня были важны все заданные ему вопросы, потому что они, вернее, ответы на них позволили мне полнее понять и оценить личность Капитана планеты и его дела на благо Земли. Если же попытаться уточнить, то, пожалуй, я выделил бы вопросы, которые помогли мне глубже понять философию Кусто, закладывающую основы универсальной Науки Жизни в гармонии с окружающим миром.

Алло, Москва! Интервью Кусто Московскому радио в начале перехода Алкилоны через Атлантику
Алло, Москва! Интервью Кусто Московскому радио в начале перехода Алкилоны через Атлантику

Кстати, в отрывках вашей книги есть информация о философии деятельности Фонда Кусто, которой придерживался и сам Жак-Ив Кусто. Можете рассказать об этих четырёх «философских точках»?

Правильнее будет сказать, что на философии Кусто строится деятельность его Фонда. Действительно, он называет основные положения этой философии «точками», но я бы назвал их четырьмя китами, несущим и на себе будущее земли, настолько они важны для человечества. Попробую изложить их содержание со слов капитана, произнесённых в прошлом столетии. Вникнем и мысленно сопоставим с днём нынешним:

Первое положение состоит в том, что надо способствовать устранению угрозы ядерной войны. Очень хорошо заниматься проблемой сохранения китов… Но почему именно китов? Когда опасность уничтожения грозит человечеству… В случае ядерной катастрофы всё будет бесполезно. Приоритетной областью деятельности всех руководителей должно стать достижение согласия между народами — и уничтожение ядерного оружия. Если согласие будет достигнуто, то всё остальное приложится. По мере наших сил и мы работаем в этом направлении.

Второе положение носит экономический характер: нельзя больше допускать, чтобы бедные страны становились ещё беднее, а богатые — богаче. Надо бороться против этого неравенства. Одни умирают от голода, а другие выбрасывают излишки продовольствия в мусорные контейнеры. Контраст между бедными и богатыми странами постоянно растёт, и это — нетерпимо.

Философия Кусто на пальцах
Философия Кусто на пальцах

Наше желание самостоятельно решить эти две проблемы — почти утопия. Однако мы обязаны предпринять попытку их решения, что и делаем всеми возможными средствами.

Третье положение затрагивает область педагогики. Надо значительно повысить роль воспитания во всём мире. Сейчас людей насыщают различными знаниями, но мало воспитывают. Их обучают самым мудрёным вещам: от расщепления атома — до синтеза сложных химических веществ. Но за всем этим слишком мало учат задумываться над своими поступками, достойно вести себя в жизни. Необходимо во всех школах внедрить курс гражданского воспитания в дополнение к учебным предметам. Надо как можно шире распространять культуру быть Человеком…

И, наконец, на четвёртом месте — защита окружающей среды. Мы должны передать будущим поколениям окружающий нас мир в целости и сохранности — не разрушать его гармонических связей, чтобы он был таким же разнообразным и прекрасным, каким создавался.

Если суммировать и подать изложенное коротко для лучшего запоминания, то получим следующее:

  • Полное устранение возможности ядерной войны (катастрофы).
  • Утверждение справедливого экономического порядка без изгоев и нищих.
  • Создание универсальной школы нравственного и этического воспитания жителей планеты.
  • Формирование единой системы здравоохранения окружающей среды.

Это ли не четыре кита, на которых нам плыть в завтра и на которых покоиться будущему Земли людей…

Вот такая философия! Просто и ясно. Теория и практика. По сути, в четырёх «философских точках» Кусто определены четыре камня преткновения на пути человечества к жизненной гармонии.

Разумеется, Кусто сознавал неподъёмность этих окаменелых проблем для отдельно взятого человека, какой бы фонд за ним ни стоял. Он упорно искал свой «философский камень», чтобы чудесным образом устранить досадные препятствия со столбовой дороги и преобразить планету людей. На что он рассчитывал? Возможно, Кусто верилось, что рано или поздно ему удастся как следует расшевелить планетарные общественные силы и с их помощью заставить правительства действовать в интересах всей Земли и всех её обитателей.

Впрочем, властям предержащим, без каких-либо исключений, Жик откровенно не доверял и вряд ли надеялся на изменение их природы под давлением. Сдаётся мне, он задумывался о переустройстве сложившейся системы на иных принципах, справедливо полагая, что при нынешнем миропорядке ни одной из означенных проблем по-настоящему не решить. И, понимая утопичность самостоятельных усилий, всё же взялся за гуж в надежде на поддержку общественного мнения и собственную убедительность в ранге посла живой планеты.

Кажется, весь Нью-Йорк пришел встречать Алкилону на причалы и набережную Южного порта
Кажется, весь Нью-Йорк пришел встречать Алкилону на причалы и набережную Южного порта

Сегодня «киты грядущего» вздыхают тяжело. Но не под грузом ответственной ноши — они ещё не приняли её на себя, — а под бременем нерешённых проблем, которые носят в себе. Сегодня они плавают порознь — каждый в своём море вопросов. И отвечать на них нам — всем миром. Кусто сформулировал главные задачи, которые нужно одолеть потомкам Адама, чтобы перейти на новую эволюционную ступень.

Решение этих задач создаст необходимую базу для начала движения вперёд и одновременно поспособствует закладке фундамента совершенно нового миропорядка. Он будет основан не на изощрённом мотивационном понуждении миллиардов индивидов к определённой деятельности в пользу избранных бенефициаров, а на объединённой воле и здравомыслии всех жителей планеты в созидательной работе на общее и персональное благо — на соборности землян, которые, я надеюсь, рано или поздно превратятся в человечество личностей. Но, чтобы это произошло, надо решить ещё одну, может быть, самую сложную задачу — сделать двигателем и регулировщиком эволюционного процесса общественность планеты (сегодня эволюция homo sapiens в большей мере протекает не в природе, а в социуме).

В прошлом веке по молодости я скептически отнёсся к этой идее капитана Кусто, который в преобразовательной практике рассчитывал только на общественные силы, нисколько не доверяя политикам и правительствам, всем без исключения. Пожив и повзрослев, я понял, что Кусто был прав: ни с одной из определённых им четырёх задач не справиться, если хотя бы частично довериться государственным машинам и политическим механизмам, не говоря уже о том, чтобы всё отдать им на откуп. Дело будет загублено на корню своекорыстием и пустословием функционеров. Нынешнее положение вещей в мире тому свидетельством. Стало быть, следует всячески споспешествовать самоструктурированию и запуску механизма общественного самоуправления в масштабах всей Земли.

Каждый человек должен заниматься своим ремеслом — производительным, научным или творческим — и одновременно реально участвовать в регулировании социально-экономической и культурной жизни общества (никаких освобождённых алчных иждивенцев, превращающихся в узурпаторов и монополизирующих власть). Спираль истории знает подобные общественные устройства. На её нынешнем витке для перехода к настоящему самоуправлению народов появились принципиально новые ментальные возможности и эффективные коммуникационные средства. Грех ими не воспользоваться…

Встречались ли Вы с Жаком-Ив Кусто или с кем-нибудь из экипажа спустя какое-то время после совместной поездки?

Да, мне посчастливилось вновь встретиться с Кусто в Москве, куда он пожаловал в начале 1987 года на переговоры с руководством Гостелерадио СССР о показе по советскому телевидению своего нового сериала «Команда Кусто вновь открывает мир», в котором остро ставятся вопросы охраны окружающей среды.

Мы провели с ним большую часть дня. Пообедали. Я расспросил Кусто о дальнейшей судьбе «Алкионы» и её маршрутах. К тому времени она совершила кругосветное путешествие, её турбопаруса были модернизированы и стали более эффективными, а сама яхта превратилась в удобную рабочую площадку для океанографических исследований. С некоторыми членами команды и сотрудниками фонда Кусто я переписывался, но встреч не было. Надеюсь организовать «слёт» экипажа и всех причастных к экспедиции к 35-й годовщине перехода — в мае-июне 2020 года.

Три неразлучных товарища - Бернар Деги, Владимир Кривошеев, Жозеф Гийу на фоне столицы острова Терсейра (Азоры)
Три неразлучных товарища - Бернар Деги, Владимир Кривошеев, Жозеф Гийу на фоне столицы острова Терсейра (Азоры)

Расскажите о своей книге-репортаже «Кусто. Легенды и мифы». Как думаете, мы ее когда-нибудь увидим в полном издании?

Книгу о переходе я написал по горячим следам вскоре после возвращения из экспедиции. Она готовилась к выходу в свет в одном из крупнейших советских издательств «Мысль» 100-тысячным тиражом под названием «С Кусто через Атлантику». Но в эпоху перестройки, которая началась как раз во время плавания, непродуманная экономическая политика серьёзно подорвала экономику страны, что привело к перебоям в работе многих отраслей и спровоцировало бесчисленные дефициты.

На мою беду, разразился бумажный кризис, по причине которого не выходили газеты, исчезла туалетная бумага и свернули работу издательства. В результате многие книги не были изданы, а их авторы в утешение получили неустойку в размере половины гонорара… Приличная сумма по тем временам, которой я распорядился наилучшим образом — потратил на путешествия, потому что купить что-либо путное на эти деньги в условиях товарного дефицита было сложно. Вот такие «чудеса» творились.

Триумф Кусто. Капитан планеты едва не потерялся в ликующей толпе жителей Нью-Йорка, встречающих команду Алкионы
Триумф Кусто. Капитан планеты едва не потерялся в ликующей толпе жителей Нью-Йорка, встречающих команду Алкионы

С изменением экономического уклада целлюлозный дефицит восполнился по всему ассортименту, но для издания книги надо было раскошеливаться самому или привлекать спонсора. Жадный до быстрого барыша молодой рынок диктовал совсем другую литературу. Спонсоров не нашлось. Нужных денег не водилось. Побираться не хотелось. Время шло. Взгляды менялись — книжка уже нуждалась в основательной переработке с учётом переосмыслений и подвижек. Однако без ясных перспектив её выпуска в свет я отложил дело до лучших дней…

И всё же в один прекрасный момент жгучее ощущение долга перед Кусто и перед застрявшим на месте движением подвигло меня вторично прибыть в исходную точку, войти в тот же водоём, сызнова пережить минувшее и вновь взяться за работу. Новая редакция книга готова и ждёт своего издателя. Появилась и перспектива издания. Будем надеяться, что это произойдёт в течение года. Тьфу-тьфу, не сглазить!..

Вы так же являетесь одним из организаторов выставки «Неизвестный легендарный Кусто». Можете рассказать о ней?

Эта выставка — плод содружества двух людей, влюблённых в Кусто. Весной прошлого года судьба свела меня с замечательным человеком — продюсером, организатором различных выставок Руфатом Ахмедовым. Он, как и я, увлечён идеями Кусто, восхищён его делами и уже давно мечтал поучаствовать в популяризации личности Кусто. В поисках возможности организации выставки о капитане планеты Руфат прочитал мои публикации о Кусто, разыскал меня и предложил сотрудничество. Я охотно принял его предложение.

На выставке Неизвестный легендарный Кусто в Ульяновске. Владимир Кривошеев и ульяновские школьники после экскурсии
На выставке Неизвестный легендарный Кусто в Ульяновске. Владимир Кривошеев и ульяновские школьники после экскурсии

У меня масса документальных материалов, включая большое количество бесценных фото. У Руфата опыт организации выставок. Мы объединили наши возможности — и в середине лета минувшего года первая выставка «Неизвестный легендарный Кусто» была проведена в Кургане. За Курганом последовала Пермь и близлежащие города. Недавно прошла выставка в Ульяновске. Впереди — Архангельск, Калининград, намечены и другие города.

Когда уже прошло столько лет после вашего путешествия на «Алкионе», что вы чувствуете сейчас?

Плавание продолжается. Ни дня не проходит без того, чтобы я хотя бы на миг не ощутил себя в рубке или на палубе «Алкионы» посреди океана, с которым, похоже, я нашёл общий язык — научился разговорить с ним. Увиденного, услышанного и открытого было так много, что до сих пор хватает для переосмысления и переживания заново. Тем более что я регулярно читаю лекции и провожу встречи с публикой по следам экспедиции.

Как думаете, миру суждено будет ещё раз увидеть второго Кусто?

Не сомневаюсь, что он вернётся в том или ином обличии вновь. Капитан нужен планете. Но, главное, Кусто нас и не покидал. Он с нами. Во всяком случае, во мне — живы и его образ, и его идеи, которыми я руководствуюсь и которые пытаюсь развить и претворить в жизнь в современных условиях, по мере моих сил, возможностей и способностей.

Прямо по курсу Маннхэттен. Алкилона направляется в Морской порт Южной улицы Нью-Йорка
Прямо по курсу Маннхэттен. Алкилона направляется в Морской порт Южной улицы Нью-Йорка

Одиссея Жака Кусто - АлкионаОдиссея Жака Кусто - Алкиона

Рубрика: Интервью
Антоний Казанский
Антоний Казанский
Замечательный, одухотворенный, светлый очерк! Пока читал, ловил себя на мысли, что как будто читаю бумажное изданий и все больше и больше погружаюсь в какой-то большой светлый роман о путешествиях.
Хороший образец советской журналистики и художественного слова! Очень много теплоты в этом повествовании. И в подробностях путешествий, и в авторской позиции.

Спасибо за труд!
21 февраля 2018 в 21:12

Заходи к нам через соцсеть
и получай больше информации,
лайфхаков и общения!